ПРЕДМЕТЫ РОСКОШИ. ЖИВОПИСЬ. СКУЛЬПТУРЫ. ПРЕДМЕТЫ ИСКУССТВА

Вездесущность почетных одеяний не удивительна, так как такие подарки были ритуального, официального порядка. Что касается личных заказов, они касались главным образом предметов роскоши. В XVI веке, нет практически ни одного заказа на картину или скульптуру. Исключения тем более удивительны. Мехмед Победитель (1451-1481) был единственным султаном, который серьезно интересовался европейскими художниками. Аура легенды, которая образовалась вокруг визита Джентиле Беллини к оттоманскому двору в 1479 году, смазала немного более поздний приход мецената Мехмеда в пользу западного искусства. Во-первых, визит Беллини был только окончанием множества попыток, предпринятых в течение двух десятилетий, чтобы ввести в Стамбул художников-портретистов и скульпторов из Римини, Неаполя, Рагузы и Венеции. Венецианцы официально не вмешивались в эти обмены до двух последних лет жизни Мехмеда, в силу долгой войны с оттоманами с 1463 по 1479 гг. Во-вторых, заказ, переданный в Венецию, не уточнял имя Беллини; султан требовал художника, скульптора, строителя, и, возможно, стекольщика. Что позволяет предположить, что султан интересовался не только портретами, и имел другие цели – возможно, архитектурный проект в своем новом дворце.
Наследник Мехмеда, Баязид II, ненавидел портретную живопись также, как его отец ее любил. Однако он пригласил Леонардо да Винчи и Микеланджело, в 1502 и 1506 году соответственно. Но Баязид, который рассматривал возможность построить мост на Золотом Роге, чтобы связать мусульманские и европейские кварталы оттоманской столицы, был более заинтересован в их таланте инженеров, а не художников. Позднее, его сын, Селим I пригласил Микеланджело в качестве скульптора и портретного художника, но это приглашение не привело к цели.
В течение всего XVI века не известны больше случаи приглашения художников, и венецианцы не имели случая повлиять на оттоманскую культуру, чтобы иметь средство аллегорического представления императорской символики. В 1578 году, век спустя после визита Беллини, Соколлу Мехмед Паша призвал службы прево, чтобы приобрести европейские портреты бывших султанов. Барбариго ответил ему, что у него нет сведений о подобной серии, за исключением напечатанных портретов, посредственного качества. Сенат заказал портреты у веронского художника, но они не повлияли на создание альбома императорских портретов.
В 1532 году венецианцы и немцы произвели ряд драгоценных предметов, чтобы продать их султану. Среди прочих был скипетр и седло, украшенное камнями с ковром, но основной драгоценностью была каска с четырьмя коронами, которая походила на папскую тиару, которую Кристофоро Фоппа, по имени Карадоссо (родился в 1452, умер в 1526/1527 гг.), начал создавать в 1510 году для папы Юлия II.
Султан официально не заказывал шлем и другие драгоценности через прево. Инициаторами проекта были Алвиз Гритти, который нарисовал шлем, скипетр и зеркало в кристаллах, и его защитник, великий визир Ибрагим Паша. Алвиз был сыном правящего дожа, Андреа Гритти, а другие правящие семьи участвовали в финансировании. Это придавало его созданию псевдо-официальный статус.
Четыре года спустя, в 1536 году, те же кузнецы попытаются снова продать regalia султану, среди которых был зонтик, нарисованный Якопо Сансовино. В этот раз предприятие провалилось. Ибрагим Паша умер 15 марта 1536 года, и корсары захватили корабль, который вез драгоценности в Стамбул. Это поражение положило конец попыткам венецианцев придать императорский оттоманский образ.

Опубликовано 05 Фев 2009в 15:34. В рубриках: Венеция и Оттоманская империя. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Отзывы и пинг пока закрыты.

Комментарии закрыты.