ТЕЛО СВЯТОГО МАРКА

828 год. Венецианские хроники сообщают, что два торговца обнаружили мощи святого Марка, которые сохранились в коптской церкви, посвященной евангелистам, расположенной на побережье Мазарита в Александрии, и привезли их в город на заливе, который тогда только начинал утверждать свою власть и свое владычество. По возвращении в Венецию, они передали священные реликвии дожу Густиниано Партесипацио (правил 827-829), располагавшемуся в только что построенном новом Дворце Дожей. Город Александрия находился в то время под руководством правителя аббасидов Старого Каира, Абдалаха ибн Тагира ибн аль Хусейна, и Египет находился в очень напряженной политической ситуации. Последователь Густиниано, Джованни Партепацио (правил 829-837), возвел capella palatine, будущую базилику Святого Марка, витражи которой выходили прямо на дворец Дожей. Построенная для хранения мощей святого Марка, часовня помещала Светлейшую Республику под защиту этого святого, известного в то время, когда союз между политикой и церковью представлял могущественный рычаг для утверждения власти города над другими средневековыми городами. Венеция стала месторасположением патриархата только в 1451 году; до того времени патриарх размещался в в Аквилее, на северо-востоке, протягивая таким образом мост между православным народом Византии и Папой Римской католической церкви. Епископской резиденции в Венеции был собор Святого Петра, который возвышался над входом в порт. В венецианских источниках указано, что именно в эти годы в соборе было установлено каменное кресло, которое по слухам принадлежало первому епископу Рима, святому Петру. Этот драгоценный предмет, украшенный строфами из Корана, был подарен Венеции византийским императором, в благодарность за помощь в бесплодной попытке перехватить у арабов Сицилию.
«Во второй год правления дожа Густиниано, тело святого Марка было перевезено из Александрии в Венецию.
Дело происходило так. Халиф Сарацинов хотел построить дворец около Вавилона и указал, чтобы взяли камни христианских церквей и других египетских зданий, чтобы построить для него величественное жилище. Так случилось, что в тот момент, несмотря на утвержденный несколько лет назад запрет, трибуны Боно Маламокко и Рустико де Торселло, два знаменитых персонажа, которые занимались коммерцией, причалили с десятью гружеными товарами кораблями в порту Александрии, куда их загнала сильная буря. Во время своего пребывания в Египте, они отправились в церковь Святого Марка, где хранилось тело святого. Однажды они встретили дух греческих священнослужителей, монаха Сторакиоса и священника Феодора, в глубокой печали. Поинтересовавшись причиной их скорби, они узнали, что декрет халифа угрожал разрушить их церковь. Они предложили забрать тело святого и отвезти его в Венецию, пообещав, что их дож, полный признательной, не преминет щедро наградить их. (..)
Служители церкви, при приближении грозной опасности, которая угрожала их сокровищу, согласились на это и назначили день увоза тела. Останки святого Марка были облачены в шелковый конверт, запечатанный с головы до ног. Они принесли тело блаженного Клода и им удалось заменить его на тело святого Марка, не сломав печатей. Проникающее повсюду благоухание распространилось по городу и жители поверили в чудо, в страхе, что тело евангелиста будет похищено. Они помчались к церкви, открыли склеп и, увидев, что печати остались нетронутыми, вернулись в дома раздосадованные. Боно и Рустико погрузили короб с телом на свой корабль, предусмотрительно спрятав его под слоем трав и кусками свинины; когда сарацинские таможенники открыли короб, они были потрясены видом свинины, принялись кричать, и поспешили пропустить корабль.
Таким образом, они смогли привезти мощи святого Марка в Венецию. Дож, духовенство и все население пришли встречать тело и поместили его в часовню, распевая гимны».

Легенда о мощах святого Марка касается также таких маловероятных мест, как маленькая деревня Кропани в заливе Скиас в Калабрии, районе, который формирует «подошву» итальянского полуострова. По местным преданиям, корабль, перевозящий останки святого попал в ужасную бурю, и чтобы избежать неминуемой смерти, экипаж поклялся оставить в деревне коленную чашечку святого Марка. Это «чудо» не прошло бесследно, так как освободило торговцев Кропани и округи от налогов. Другое предание Кропани гласит, что Успение Богородицы, которое возвышается сегодня над алтарем собора – и которое было изображено спутником Марка, святым Лукой евангелистом лично – было оставлено в деревне византийским кораблем, плывущим из Константинополя. Корабль, задержанный чудесным образом в порту, был вынужден оставить картину, чтобы иметь возможность поднять паруса.

Перевозка святых реликвий лежит в основе легенды о святом Марке и олицетворении Венеции с новой Александрией, оба мифа тесно связаны с венецианской историей. Но этот эпизод говорит также и о подъеме города. Венеция развивала свои коммерческие отношения в восточном и среднем Средиземноморье, будучи одним из главных портов отплытия паломников по пути на Святую землю, и стала как бы шарниром между Европой и Востоком, «невидимой границей» между этими двумя противоположными мирами. Роль крыльца, играемая Венецией, показывает, насколько неточен термин «антитетический» для описания ее отношений с Востоком. Эта выставка и ее каталог освещают особенности венецианского подхода и его понимания мира, который мы часто считаем «другим».

Опубликовано 05 Фев 2009в 14:54. В рубриках: Венеция и Ислам. Взаимоотношения. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Отзывы и пинг пока закрыты.

Комментарии закрыты.